555b (555b) wrote,
555b
555b

Category:

Психотерапия жертв ненадлежащего обращения, ч.3

Оригинал взят у o_dysse_y в Психотерапия жертв ненадлежащего обращения, ч.3
Соответственно, первая работа, которую делает психотерапевт, когда слушает рассказ жертвы ненадлежащего обращения о том, что случилось с ней, - реконструирует посягателя и делает вывод о том, кто встретился на жизненном пути, Людоед, Палач, Плут или Одноглазый.

В ру_психолог был пост о десятилетней, которую изнасиловал вышедший из мест заключения уголовник, а потом разможзил ей голову о камень, - это Людоед. Клинически последствия абъюза, если абъюзер Людоед, легче - потому что для пострадавшей стороны однозначней всё. Люди так не делают, воплощение зла на жизненном пути, - нет никакой идентификации с агрессором.

Палач - самозванец, виновным человеком может признать только суд, и в суде каждый имеет право на адвоката. Невозможно быть одновременно судьёй и исполнителем наказания, судят и исполняют наказание разные люди. Казнить и миловать близких, как будто ты их судья и палач - это неправильно. Популярный сюжет "казнь жены за развод", где в роли прокурора, судьи и исполнителя наказания экс-муж, может исполнять и "утративший" способность адекватно оценивать реальность, и человек с "нарушенной" способностью оценивать реальность. Трагедия, которой мы все свидетели, это развод сенатора Слуцкера. Он казнил жену тем, что добился эмоционального отчуждения детей от неё. По непроверенным данным, в 48 лет она стала матерью близнецов, благодаря современной медицине, я искренне желаю здоровья и счастья, Ольга Слуцкер побывала в аду и вернулась наверх, к живым.

В вашем посте очень правильные слова о том, что "простить Людоеда" и "налаживать отношения с Палачом" это контртерапевтичные рекомендации.

Чтобы помочь жертве, действовать надо иначе, - к человеку с нарушенной способностью адекватно оценивать реальность нужен другой подход. Прежде всего, нужно восстановить способность адекватно оценивать реальность. Поскольку кнаружи и кнутри у человека смотрит один и тот же ум, первое, что нужно сделать - донести идею, что нравственное начало затронуто, повреждено, - именно поэтому не сработал инстинкт самосохранения и стали возможными отношения с абъюзером. Делается это с помощью терапевтических метафор, например таких (пример из диалога в сообществе, я процитирую свои реплики):

Представляйте старателей в тайге, далеко от жилья, один ранен, двое других несут его на руках к жилью, к людям. В направленном воображении с вами всегда двое других, надёжных, один умеет добывать ресурсы как мужчина-охотник: он добывает деньги, работу, информацию, другой умеет всё ладить по хозяйству, как крепкий хозяин: он готовит, проверяет благополучие здоровья, следит, чтобы всем было сытно, тепло и уютно. Трое прошли вместе многое, и два товарища третьего спасут и не бросят. Ваша задача сейчас - описать, как выглядит третий, кто это.

Популярная идея называет "внутренним ребёнком" состояние, в котором есть "хочу", желание любви, заботы и благ, - разумеется, это детское состояние несформированности представлений о "надо" и "должно", репрезентация несформированного супер-эго. Но жонглирование словами малоэффективно, "внутренний ребёнок боится остаться один" или "нуждается в защите", какими бы ни были слова, суть совершенно в другом, - человек понятия не имеет о "можно и нельзя", о том, что между людьми есть табу, "нельзя, потому что нельзя", и поэтому не думает даже сказать "Со мной так поступать нельзя" и уйти из отношений, где он теряет душевное и физическое, а часто и финансовое, и социальное, здоровье. Порой, - не только своё, но и своих родных, детей.

Вот эта слабость одной из сфер внутреннего мира и отражается в структуре (три персонажа, один из них ранен). Структура - это каркас, суть. Содержание, которым она наполняется, - отделка каркаса, - характерологическая.

В диалоге, который я начала цитировать, эта идея развивалась так:

Выжить на войне - восстановиться после войны - рассказать о войне. Это три этапа пути, вы сейчас на войне.

Можно и сдать назад, - если вы хотите поквитаться с ним и отомстить ему, скажите прямым текстом, придумаем как. Иногда отпустить прошлое мешает надежда выждать удобный случай и уничтожить источник боли.

Тогда добавьте в сюжет направленного воображения сойку или другую птицу, которая на плоту сидит у его головы и рассказывает ему, какой он был дурак, что сразу не понял, с кем связался.
(это вводится в действие механизм психологической защиты смещения, добавляется в репертуар более адаптивный механизм совладания с эмоцией, и агрессивность и мстительность по этому типу "смещения" на "птицу" проживаются)


Слова собеседника: В меня постоянно летит что я тупая нет не просто тупая, а ТУПАЯ тупица, лохушка с узким мирровозрением, у которой нет никаких интересов

А вы представляйте, что он лежит на спине на плоту и кричит это в сибирское небо, ветру и волнам. Хобби у него такое. Вы этого не слышите, вы идёте к людям и спасаете того, кто за добро платит добром, а не злом. (это вводится в действие психологическая защита отдаление, более адаптивная, из спектра помогающих справляться со стрессом, не утрачивая контакта с реальностью)

Одновременно задаются "расфокусированные" сущности: тайга, вода, берег, небо, - все они не имеют чётких очертаний, и погружение в мир таких образов "подтрансовывает"

Муж в этом направленном воображении - заклятый враг трёх старателей, это он совершил действия (стрелял, поставил капкан, подстроил яму или ещё что, вам виднее внутренним взором), из-за которых раненый неспособен идти сам.
Старатели его победили, представляйте плот, к плоту привязана балка, к балке привязан ваш муж, - оттолкните плот от берега, посмотрите как он уплывает вниз по течению под летним северным небом и растворяется вдали. Его нет, поток воды несёт его туда, где его следы затеряются, - а вам надо идти к людям.


(это косвенное внушение на "осталась одна" и "осталась не одна", ведь старателей трое в метафоре, - то самое "расколдовывание", парадоксальное противоречие, которое даёт свободу выйти из искажённого восприятия реальности "в сторону", увидеть "со стороны" свой невроз, вмешательство всегда строится как сшибка взаимоисключающих верований, но это технические вещи, в которые я не хотела бы здесь углубляться)

Вернуться муж не может, - на плоту против течения не выгребешь, ход реки сильнее его.

(суггестия, внушение на то, что нет силы, которая вернёт мужа обратно)

Сколько времени идти к людям, - ответ внутри вас, это всегда интуитивное знание, как и ощущение упадка сил у раненого, умирает он от кровотечения, истощён от голода, в лихорадке температурит или ещё как-то переживает последствия абъюза - болезненного обращения с ним, когда его потребности "отменяли", делали несуществующими.

(это из разговора с собеседником стало ясно, конкретика по классу абъюзера)

Техника эта работает по принципу "любое лекарство яд и любой яд - лекарство". Раз у человека нарушена способность адекватно оценивать реальность и он путает внешнюю реальность и внутреннюю реальность, склонен фантазировать и представлять себя в воображаемых обстоятельствах "погибну одна без абъюзера", психотерапевт разрешает фантазировать сколько человек хочет, но меняет содержание фантазии на сюжет, работающий на укрепление чувства "я могу", agency, работающий на ощущение безопасности вдали от абъюзера и работающий на применение более адаптивных защит.

Смысл вмешательства продиктован знанием, что иногда у жертвы хватает решимости или отчаяния или денег только на один визит, второго может не быть. С собой человеку нужно дать что-то, что будет работать на приращение его внутреннего ресурса, - даже когда психотерапевта не будет в досягаемости. Дать сразу.

Спасибо за внимание.
Tags: Б-Полякова, насилие, чуть психологии
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments